Тень Сулеймани: как смерть генерала перевернула иранскую стратегию в Ираке

После ухода знаменитого лидера Сил «Кудс» Тегеран приступает к полной перестройке своих иракских полувоенных формирований. В случае успеха появится «двуглавый дракон».

Суадад аль-СалхиMiddle East Eye

Сказать, что шиитские лидеры Ирака разочарованы в человеке, сменившем Касема Сулеймани, — ничего не сказать. Они в шоке.

Сулеймани, главный иранский генерал, погибший в результате удара американского беспилотника 3 января 2020 года, легко перемещался среди них. Он знал лично каждого лидера, командира и многих их подчиненных. Их связь, скованная десятилетиями, была известна.

Бригадный генерал Эсмаил Каани, новый командующий Силами «Кудс», элитным подразделением Ирана, которому поручены зарубежные операции, не может похвастаться такими качествами и, похоже, не заинтересован в их воспроизведении.

Фактически, несмотря на бурный год, когда конфликт с Соединенными Штатами казался вполне вероятным, Каани встречался с иракскими шиитскими лидерами лишь несколько раз. По словам главы известной шиитской политической партии, его манеры поведения напоминали «должностное лицо, занимающееся только передачей сообщений и инструкций».

Каани, который наточил себе зубы в Афганистане, не предпринял никаких усилий, чтобы сломать лед со своими новыми партнерами. Его поездки в Ирак быстрые и деловые. Он не тратит времени на знакомство с лидерами Ирака.

«Сулеймани обладал харизмой, которую нельзя было игнорировать. Он говорил по-арабски и имел расширенные отношения с большинством иракских политиков и командиров вооруженных группировок, независимо от их принадлежности или секты», — сказал видный шиитский политик, который, как и все, кто даёт интервью Middle East Eye, отказался быть названным из-за деликатности темы.

«Это сделало его ближе ко всем, повысило его авторитет и дало ему влияние на лидеров, которое он использовал, чтобы подтолкнуть их в желаемом направлении».

Сулеймани, говорят те, кто его знал, понимал, как вести себя с каждой стороной — другом или врагом.

«Он мог даже найти соглашение с оппонентами, которое заставило бы их почувствовать, что они достигли беспроигрышной ситуации», — сказал политик.

Каани, с другой стороны, даже лично не знает Аммара аль-Хакима, выдающегося политического лидера шиитов, несмотря на его влияние во всех сектах в Ираке.

«Представьте себе такое!» — сказал политик, — «Вместо этого он знает только своего брата Мохсена».

Эсмаил Каани (в центре), плачущий над гробом своего предшественника Касема Сулеймани во время его похоронной церемонии в Тегеране (AFP)
Эсмаил Каани (в центре), плачущий над гробом своего предшественника Касема Сулеймани во время его похоронной церемонии в Тегеране (AFP)

Контраст между уверенностью и доступностью Сулеймани и официозностью Каани становится легендой в высших кругах Ирака.

В то время как Сулеймани прибывал в страну без предупреждения, Каани подает заявку на визу за несколько недель до этого.

«Сулеймани даже не признавал, что у нас есть входная дверь, и предпочитал проскользнуть внутрь через окна. Каани предпочитает пройти через дверь — и только после того, как получит разрешение», — сказал один из старших советников премьер-министра.

Новое видение

Разница между Сулеймани и Каани имеет значение. Иран не смог заполнить пустоту, оставленную генералом и Абу Махди аль-Мухандисом, крестным отцом большинства иракских вооруженных группировок, который был убит вместе с Сулеймани.

В отсутствие Сулеймани поддерживаемые Ираном иракские полувоенные формирования, такие как Асаиб Ахль аль-Хак, выходят из-под контроля, игнорируя инструкции Каани.

Тем временем Тегеран, подвергшийся санкциям, нервно смотрит на финансовый кризис Ирака, поскольку низкие цены на нефть и пандемия Covid-19 сказываются на нем.

В совокупности эти неприятные события вынудили Иран «пересмотреть» свою внешнюю политику в регионе и «ускорить» реализацию своих планов по изменению курса, в частности, в Ираке, сообщили Middle East Eye иракские политики, лидеры, представители служб безопасности и командиры вооруженных группировок.

«Иранцы в настоящее время работают над пересмотром всех планов Сулеймани в Ираке. Раньше никто не осмеливался признать, что есть негатив, но после его убийства все заговорили о негативном», — сказал один иракский политик, близкий к иранской разведке.

«Они видят, что они сильно эксплуатировали Ирак и полагались на старых союзников, которые истощили его ресурсы и заставили Иран потерять свою популярную шиитскую базу. Теперь цель состоит в том, чтобы опробовать новые подходы и изменить ситуацию внутри Ирака, чтобы уменьшить потери».

Источники в политической и околовоенной среде Ирака, а также в сфере безопасности говорят, что иранские власти, которым поручено работать с Ираком, фактически начали менять политику несколько месяцев назад. Они ожидают, что изменения вскоре широко отразятся на политике и безопасности Ирака. Изменение политики уже ощущается на местах, особенно среди вооруженных группировок.

«Идея состоит в том, чтобы изменить видение, согласно которому американо-иранский конфликт управляется внутри Ирака, чтобы соответствовать последним событиям на местном и региональном уровнях», — сказал старший советник премьер-министра Мустафы аль-Каземи.

Иран оценивает три фактора: приход к власти Джо Байдена, вооруженные группировки, верные иракскому великому аятолле ас-Систани, выходящие из военизированных формирований Хашд аш-Шааби, и предстоящие парламентские выборы в Ираке.

«Идея больше не в том, кто победитель или проигравший в этой борьбе. Идея состоит в том, как пережить эти конфликты с наименьшими потерями», — сказал советник.

«Иран не может смириться с полной потерей Ирака и не может рисковать своими основными национальными интересами. Поэтому некоторые уступки и отступление на несколько шагов кажутся типичной реакцией Ирана на нынешнем этапе».

Рост иранской разведки

В 80-е годы Иран был основным рассадником иракской оппозиции правлению Саддама Хусейна. Его разведывательные службы играли активную роль, работая с рядом вооруженных и невооруженных сил иракской оппозиции внутри и за пределами Ирака.

Но влияние иранской разведки в Ираке значительно уменьшилось после 2005 года, «когда разразился прямой конфликт между Ираном, с одной стороны, и американскими и британскими войсками, с другой», — сказал бывший боец ​​Организации Бадра, старейшего и крупнейшего иракского вооруженного подразделения, группы, противостовшей Саддаму.

Вместо этого Силы «Кудс», наиболее опасное подразделение Корпуса стражей исламской революции, стали институтом, которому поручено проводить иранские операции за пределами границ, партнером иранской разведки в управлении иракским вопросом.

Революционная гвардия принимала активное участие в борьбе с американскими и британскими войсками и становилась сильнее и внутри страны.

В 2014 году рост группировки Исламское государство* (ИГ*) дал силам Кудс новый плацдарм.

При Сулеймани это подразделение руководило иракскими ополченцами, поскольку они сыграли ключевую роль в остановке марша боевиков на Багдад, отбрасывании ИГ* из больших и малых городов на севере и западе Ирака и в захвате контроля над обширными территориями.

Солдаты Хашд аш-Шааби машут знаком победы на борту пикапа по пути в аэропорт Тал Афар в 2016 году (AFP)
Солдаты Хашд аш-Шааби машут и пказывают знак победы на борту пикапа по пути в аэропорт Таль Афар в 2016 году (AFP)

По словам шиитских политиков и официальных лиц, Силы «Кудс» теперь полностью контролируют дела Ирана в Ираке. Влияние Тегерана в стране как никогда высоко.

Но в основе этого момента победы лежало напряжение, которое отказывалось утихать, и за этим последовала череда околовоенных злоупотреблений, дестабилизирующих Ирак, оправлявшийся от войны с ИГ*.

Хашд аш-Шааби (Силы народной мобилизации), собрание вооруженных группировок, было сформировано в ответ на фетву ас-Систани, призывающую иракцев мобилизоваться против группы боевиков. Большинство из них было под руководством Сулеймани во время борьбы с ИГ*.

После того, как в 2017 году улеглась пыль и ИГ* было разгромлено, Тегеран смог установить почти полный контроль над Хашд аш-Шааби, который проигнорировал свое обязательное подчинение приказам главнокомандующего вооруженными силами Ирака.

Под контролем Ирана поддерживаемые Ираном группы в Хашде подвергали мирных жителей многочисленным нарушениям прав человека и начали представлять угрозу правительству Ирака, народу и западным дипломатическим миссиям, которые страна принимала.

В ответ религиозный авторитет ас-Систани в Наджафе потребовал их реструктуризации и ограничения иранского влияния.

«Иранцы согласились реструктурировать Хашд аш-Шааби только в прошлом году и изучали предложения пожертвовать некоторыми из связанных с ними фракций и объединить другие фракции. Но проект был остановлен из-за вспышки массовых демонстраций в октябре 2019 года, а затем убийства Сулеймани», — заявил близкий к Ирану политический лидер.

«Убийство Сулеймани не помешало проекту, но на время отложило его реализацию».

Смерть Сулеймани, неспособность Каани повторить его статус и различные насущные проблемы также ускорили шаг, который был сделан в Тегеране перед тем роковым ударом беспилотника по аэропорту Багдада: возвращение Ирака иранской разведке.

«Больше невозможно рисковать потерять большее влияние в Ираке и в регионе», — сказал политический лидер.

Силы «Кудс» уже отступают. По словам политического лидера, они организуют свои активы в Ираке и отходят от передовой позиции, которую он занимал в иракских делах.

«С иранской точки зрения, сейчас в центре внимания должна быть политика, а не оружие».

Смена тактики

Для многих в Багдаде путаница сообщений и действий, исходящих от Ирана и его союзников в Ираке, отражает конфликт между Стражами исламской революции и иранской разведкой.

Некоторые иракские лидеры полагают, что разведка призывает вооруженные группировки проявлять сдержанность, в то время как Силы «Кудс» тайно побуждают их атаковать активы США.

Правда неясна, но все иракские лидеры, с которыми беседовал MEE, согласны с тем, что видение Тегерана по Ираку в корне изменилось.

По словам политиков и командиров вооруженных группировок, поддерживаемых Ираном, видение основано на трех осях:

  • демонтаж и роспуск некоторых вооруженных группировок, или то, что они называют «рихтовкой»;
  • поддержка и укрепление иракского правительства;
  • и поиск альтернативных источников финансирования для своих союзников внутри Ирака и их защита с помощью официально признанных политических формирований.

«Иранцы не приемлют существование мощной объединенной силы, поэтому в последние годы они работали над разжиганием разногласий между вооруженными группировками внутри и за пределами Хашд аш-Шааби, и это вынудило всех, включая иранцев, войти в состояние хаоса, от которого все мы сейчас страдаем», — сказал другой советник Каземи.

«Предлагаемая альтернатива представляет собой приемлемое правительство, которое обладает некоторой властью, но допускает присутствие «двухголового» ополчения. Проиранский Хашд аш-Шааби может быть одним из них. Поэтому перестройка поддерживаемого Ираном Хашд аш-Шааби стала очень важной в это время».

Первым шагом, по словам советника, будет поиск кого-то, кто заменит Мухандиса, соучредителя грозной военизированной группировки «Катаиб Хезболла», чье влияние среди вооруженных группировок и близость к Ирану не имеют себе равных.

«Маленькие группировки, такие как Бригады Хорасани, исчезнут; некоторые превратятся в банды, а другие сольются с большей силой, и Иран поможет реализовать этот сценарий, потому что фракции стали препятствием для новой иранской политики».

Двуглавый дракон

Многие фракции Хашд аш-Шааби делят зарплаты, привилегии и оборудование, предоставляемые государством. Большинство из них были сформированы в 2014 году по фетве ас-Систани.

Но не все их лояльности лежат в одном месте. Одни отвечают [религиозному центру шиизма] Наджафу, другие — шиитскому священнослужителю Муктаде ас-Садру. Большинство полагается на верховного лидера Ирана Али Хаменеи, который на протяжении многих лет заручился лояльностью большего числа групп, обещая деньги, влияние и оружие.

Нури аль-Малики, премьер-министр [Ирака] во время нападения на ИГ* в 2014 году, в том же году создал Управление народной мобилизации (УНМ) в попытке объединить фракции под правительственным зонтиком. Но Багдад так и не получил полного контроля над УНМ.

В ноябре 2016 года был принят закон о легализации военизированных формирований в попытке бороться с этим. Хашд аш-Шааби внезапно стали подчиняться тем же правилам, что и остальные силы безопасности Ирака: бюджеты фракций, размер и материально-техническая поддержка были сокращены по конфессиональным и этическим параметрам.

Вооруженные группы росли за последние два года, и теперь, когда УНМ разрешено управлять только определенным количеством боевиков, десятки тысяч остались без дела, без государственных зарплат и поддержки.

Вместо того чтобы запугать военизированные формирования, закон 2016 года только усилил хаос.

Большинство командиров, вышедших из УНМ, продолжали пользоваться привилегиями, которыми пользовался Хашд аш-Шааби, включая удостоверения личности, транспорт, оружие и штаб, которые они использовали «для прикрытия незаконной деятельности и защиты бойцов, не зарегистрированных в УНМ», — сообщил сотрудник службы безопасности.

Некоторые, по словам чиновника, использовали ресурсы и боевиков УНМ «для достижения личных и региональных целей и для участия в актах насилия против гражданских лиц, государственных учреждений и дипломатических миссий».

Наполовину введенные, наполовину выведенные из строя ополченцы наполняли свою казну за счет незаконного оборота наркотиков и захвата имущества перемещенных лиц. Они вымогали деньги у компаний и бизнесменов и похищали ничего не подозревающих иракцев и иностранцев с целью получения выкупа.

Когда в октябре 2019 года вспыхнули протесты, некоторые начали расстреливать демонстрантов, убивать или похищать активистов и журналистов. Нападения на западные дипломатические миссии стали обычным делом.

Иракское руководство заявляет, что Ирана уже хватит. По словам главы известной шиитской партии, знакомой с этими вопросами, новый план Тегерана предполагает, что более крупные вооруженные группировки станут подчиняться УНМ, «при условии, что они будут очищены и отрихтованы», а более мелкие — будет полностью распущены.

Что касается фракций, не зарегистрированных в УНМ, две или три будут сохранены, чтобы представлять то, что известно как «вооруженное сопротивление», неофициальную антизападную военизированную группу, связанную с Силами «Кудс».

Остальные будут задействованы в экономических и политических проектах.

«Катаиб Хезболла» и «Харакат Хезболла аль-Нуджаба» — «две группировки, которым больше всего повезло выжить, и они сформируют ядро ​​того, что будет известно как силы сопротивления», — сказал видный командир поддерживаемой Ираном шиитской группировки в ходе обсуждения.

В результате будут две силы: первая — это приведённый в регулярное состояние Хашд аш-Шааби, вторая — силы сопротивления. «Двуглавый дракон», как выразился второй советник Каземи.

«Это предложение может быть приемлемым на региональном и международном уровнях, поскольку появятся большие возможности для постепенного восстановления государственного контроля над первыми силами, в то время как оно будет работать в сотрудничестве с Ираном, чтобы удержать последние от иракской арены», — сказал он.

«Все будет зависеть от того, к чему приведут ирано-американские переговоры. Если иранцам удастся вернуться к ядерному соглашению, Иран сохранит основные фракции, согласившись на участие иракского правительства в их контроле».

Все остальные боевики и фракции должны быть оставлены на произвол судьбы иракского правительства и Вашингтона.

«Жест доброй воли», — сказал советник.

Рихтовка

Невозможно переоценить важность, которую Иран придает этим будущим переговорам с Вашингтоном.

Вот почему Тегеран дал строгие инструкции своим союзникам в Ираке прекратить любые атаки на интересы США в стране, которые, как опасаются иранцы, могут побудить уходящего президента Дональда Трампа спровоцировать войну, прежде чем он покинет Овальный кабинет.

Тем не менее, рейды на американские войска, базы и посольство США в зеленой зоне Багдада не прекращаются после директивы Хаменеи в ноябре.

Между тем, наращивание военной мощи США в регионе продолжается. Представитель службы безопасности Ирака заявил, что американское разведывательное сообщество неоднократно заявляло, что «ожидается ответное нападение на интересы США в Ираке в первую годовщину убийства Сулеймани».

Фотографии Касема Сулеймани и Абу Махди аль-Мухандиса видны возле останков их разрушенных автомобилей в аэропорту Багдада (Рейтер)
Фотографии Касема Сулеймани и Абу Махди аль-Мухандиса видны возле останков их разрушенных автомобилей в аэропорту Багдада (Рейтер)

Каани, посетивший Багдад 23 декабря 2020, встретился с Каземи и президентом Бархамом Салихом, чтобы «передать американцам сообщение о том, что Иран не имеет никакого отношения к недавним нападениям», которые недавно были совершены против посольства США, — сказал иракский шиитский политик, знакомый с переговорами.

Генерал подчеркнул, что Тегеран не планирует принимать ответные меры в годовщину смерти Сулеймани.

За визитом Каани, продолжавшимся не более 24 часов, 27 декабря 2020 Тегеран посетила официальная иракская делегация во главе с одним из советников Каземи.

Хотя информации о том, почему официальная делегация поехала в Иран через несколько дней после визита Каани, не так много, ясно, что делегация представила американский ответ на иранское послание.

Ряд шиитских лидеров предполагают, что иракская делегация обратилась к Ирану за помощью в преследовании «неконтролируемых элементов». Они считают, что делегация хотела достичь соглашения с Ираном о том, как обуздать неуправляемые группировки и усилить координацию между Каземи и Мухаммедом «Абу Фадеком» Абдулазизом, главой штаба УНМ. Это может включать снятие укрытий для любых групп, которые не входят в линию.

Однако развитие событий делает вероятным, что Каземи и Тегеран достигли этого соглашения раньше.

23 декабря иракские силы безопасности арестовали Хусама аль-Азирджави, инженера-ракетчика и одного из лидеров могущественной вооруженной группировки Асаиб Ахль аль-Хак, а также троих других по обвинению в «ракетном нападении на американское посольство».

Несколькими днями ранее были арестованы Хамед аль-Джазери и Али аль-Ясири, командиры Бригад Хорасани, обвиняемые в похищении людей, вымогательстве, а также в финансовой и административной коррупции. За неделю до этого были задержаны еще 30 человек из той же группы.

«Демонтаж Бригад Хорасани, арест их лидеров и конфискация их имущества являются показателем того, что процесс очистки Хашд аш-Шааби действительно начался», — сказал глава шиитской политической партии, близкой к иранцам.

По словам лидера, эта тактика будет использоваться, чтобы уничтожить более мелкие фракции и очистить более крупные.

«Фактически, это процесс реструктуризации Хашд аш-Шааби. В течение двух недель будут решены все детали, связанные с Хорасани, и они начнут с другой фракцией», — сказал он.

«Управление безопасности УНМ осуществляет этот процесс, и именно оно дало рекомендации руководству УНМ очистить Хашд аш-Шааби от коррумпированных элементов и отрезать их отростки».

Альтернативное финансирование

В конечном счете, и Ирак, и Иран имеют одну и ту же причину встряхнуть военизированные формирования и проводить менее конфронтационную политику: они разорены.

Ирак, второй по величине производитель ОПЕК, на протяжении десятилетий зависел от продаж нефти на 95 процентов своего бюджета. Но падение цен на нефть и пандемия Covid-19 привели к снижению доходов. С апреля Багдад изо всех сил пытается обеспечить зарплату примерно четырем миллионам государственных служащих и бенефициаров.

Изолированный санкциями США Иран в течение двух лет сильно полагался на Ирак. Торговля между двумя странами в настоящее время составляет около 12 миллиардов долларов, а Ирак является одним из крупнейших потребительских рынков иранских товаров в регионе.

Однако официальные лица заявляют, что именно незаконная деятельность в Ираке приносит Ирану больший доход, включая контрабанду валюты, нефти и наркотиков.

Иракские лидеры сообщили MEE, что Мухандис гарантировал Ирану от 100 до 135 миллионов долларов в месяц за счет снятия средств из бюджета УНМ, предоставленного правительством Багдада. Без него это иссякло.

Мухандис также, как утверждается, использовал карту Qi Card — метод, с помощью которого получают деньги бойцы УНМ, — чтобы снимать зарплату и собирать деньги с тысяч бойцов, которые существуют только номинально.

По словам руководителей, без него Тегеран также потерял дополнительно 10-15 млн долларов наличными Qi Card.

Директор компании Qi Card, бывший директор Главного пенсионного управления и несколько менеджеров местных банков были арестованы в Багдаде в сентябре по обвинению в финансовой коррупции, что, в свою очередь, сказалось на зарплатах десятков тысяч вышедших на пенсию и действующих бойцов УНМ.

Поскольку и Тегеран, и Багдад разорены, неясно, как можно обеспечить зарплату военизированным формированиям в дальнейшем. Иран поддерживал вооруженные группировки в первые годы существования Хашд аш-Шааби, но сейчас не в состоянии.

«Самая большая проблема [, которая стоит перед Ираном,] — это как сохранить вместе бойцов этих группировок, не порывая их связей. У Ирана нет денег, чтобы удержать их прикрепленными, поскольку они превратились в тяжелое бремя на его плечах», — сказал видный командир вооруженной группировки, поддерживаемой Ираном.

«Но он также не хочет жертвовать ими или терять контроль, как недавно произошло с некоторыми группировками. Одна из главных причин восстания Асаиб Ахль аль-Хак против Ирана заключается в том, что [его лидер Каис] Хазали считает, что Иран ему больше не нужен. Скорее, без них он богаче и намного сильнее ».

Иран считает, что ответ — сельскохозяйственный.

Шиитским вооруженным группировкам было приказано купить или арендовать у иракского правительства десятки тысяч акров невостребованной земли в засушливых провинциях Самава, Дивания и Наджаф вдоль границы с Саудовской Аравией.

Это сделано для того, чтобы «создать барьер безопасности с Саудовской Аравией и помешать иракскому правительству подписывать с ней контракты в будущем», — сказал командующий.

Нет четкой карты или конкретной схемы для выбора этих земель, но необходимы более низкие и более соленые земли, богатые грунтовыми водами.

Вид на крупный рогатый скот, сидящий на болотах (ахвар) южного района Чибайиш в иракской провинции Ди Кар (AFP)
Вид на крупный рогатый скот, сидящий на болотах (ахвар) южного района Чибайиш в иракской провинции Ди Кар (AFP)

Командиры выбирают землю для приобретения с помощью спутниковых снимков, затем поручают людям, близким к их фракциям, заключить сделку с Министерством сельского хозяйства.

Политики и командиры, знакомые с процессом, сказали MEE, что контракты на аренду этих земель очень дешевы. По их словам, квадратный километр земли не превышает одного миллиона динаров (680 долларов США), и Государственный Сельскохозяйственный банк и Министерство сельского хозяйства с радостью предоставляют ссуды, инвестиции, оборудование и семена.

На этих землях будут выращиваться такие культуры, как картофель, пшеница и люцерна. Будет выращиваться птица, коровы и козы. Будут построены цементный и фосфатный заводы.

«План состоит в том, чтобы вывести бойцов вооруженных группировок, не зарегистрированных в Хашде, из городов и направить их в инвестиционные проекты, которые обеспечат им рабочие места и отвлекут их от внутренних районов Ирака», — сказал видный командующий.

«Таким образом мы гарантируем, что они останутся вместе, не столкнувшись с проблемами или разделением, и в то же время мы решим их проблемы с финансированием. Они полностью перейдут к гражданской работе, как это произошло с Организацией Бадра после 2003 года и пока нет внешней угрозы, они отложат свое оружие», — добавил он.

«Это оружие не будет передано правительству, но оно исчезнет с поверхности, а деньги, которые были потрачены на покупку большего количества оружия, будут вложены в другое место».

Игра в политику

По словам шиитских лидеров, удержание под контролем лидера Асаиб Ахль аль-ХакХазали, одного из самых «амбициозных» шиитских лидеров, связанных с Ираном, — это одна из серьезных проблем, с которыми Иран столкнется в своем следующем проекте.

Хазали, не колеблясь, объявил о своем публичном отказе от приказа Ирана не преследовать интересы США в Ираке, и хотя Асаиб Ахль аль-Хак настаивает, что его боевики не нацелены на посольство США, признания, данные Азирджави следователям, противоречат опровержениям фракции.

Сейчас неясно, каким будет будущее отношений между Хазали и Ираном. Но можно сказать наверняка, что Иран сделает все необходимое, чтобы прекратить трение и соперничество между Асаиб Ахль аль-Хак и остальными фракциями, особенно Катаиб Хезболла.

Столкновения между Асаиб и Катаиб Хезболла из-за добычи в Багдаде и других провинциях, особенно в западном Анбаре и южном Рамади, почти привели к вспышке боевых действий между двумя фракциями в прошлом месяце, когда боевики из первой попытались создать контрольно-пропускные пункты в провинции в районах, контролируемых последними, и взимают дополнительные сборы с грузовиков, прибывающих из Сирии.

Соперничество иного рода между Асаиб и Харакат Хезболла аль-Нуджаба также не прекращается, но на этот раз сосредоточено вокруг Хазали и Акрама аль-Кааби.

Некогда братья по оружию, Кааби и аль-Нуджаба отделились от Асаиб в 2013 году. Теперь Хазали и Кааби поссорились из-за предполагаемой близости Кааби к руководству фракций, которые собирались стать частью «силы сопротивления».

Лидеры шиитов говорят, что Хазали считает, что он должен взять на себя командование «силами сопротивления», считая себя более эффективным и жестоким, чем Кааби. Однако даже имя брата Хазали, Лаита, было предложено до него.

Подобная конкуренция бушует между Хазали и Абу Фадаком, чьи «шансы на успех аль-Мухандиса в УНМ растут».

«Хазали очень провокационен и имеет тенденцию к эскалации и радикализации, потому что он чувствует, что иранцы его подвели», — сказал MEE командир проиранской вооруженной группировки, закрытой для лидера Асаиб.

«Он считает себя правильным руководителем шиитской вооруженной сцены, но иранцы предпочитают не поддерживать его на этой позиции, тем более что Асаиб много участвует в политике и теперь контролирует многие министерства и высшие правительственные учреждения.

«Иранцы видят в Хазали скорее политического лидера, чем борца, так как он лучше других умеет вести переговоры и торговаться».

Кайс аль-Хазали в знак почтения у могилы убитого вождя иракских военизированных формирований Абу Махди аль-Мухандиса в Наджафе (AFP)
Кайс аль-Хазали оказывает почтение у могилы убитого вождя иракских военизированных формирований Абу Махди аль-Мухандиса в Наджафе (AFP)

Репутация Хазали в политике очевидна, как и его амбиции.

Он уже контролирует 15 мест в парламенте, но стремится возглавить крупнейший поддерживаемый Ираном блок, Аль-Фатах, и заключил соглашение с лидерами шиитских блоков о формировании четырехстороннего совета, заявили политики и члены блока.

Они сообщили, что в совет войдут он и представители Высшего исламского совета Ирака (ISCI), Национального блока Синда и Организации Бадра. Он будет управлять делами Аль-Фатах и готовиться к предстоящим выборам, на которых они будут участвовать вместе.

«Хазали стремится играть более значительную политическую и правительственную роль и в настоящее время готовится к этому, чтобы расширить участие своих сторонников в предстоящих парламентских выборах», — сказал MEE один из политических лидеров шиитов.

«Он имеет право играть эту роль, так как у него есть деньги, оружие, сторонники и соответствующая возможность».

Двигаться вперед

Успех плана Ирана зависит от многих факторов, но в первую очередь от двух: поведения резкого и иррационального Трампа и здоровья Хаменеи.

Слухи о плохом здоровье верховного лидера Ирана ходили неделями, так что недавнее публичное выступление стало международной новостью.

«Если все пойдет гладко, к 2022–2023 годам Иран откажется от всего своего внешнего оружия», — сказал близкий к Тегерану шиитский политик, имея в виду вооруженные группировки, поддерживаемые Ираном.

«Если Хаменеи умрет, этот срок сократится до дней, но если в ближайшие несколько дней вспыхнет вооруженное противостояние с США, весь проект вернется в темные ящики».


* Террористическая организация, запрещённая в РФ.

См. также:

США и Иран в напряженном противостоянии в годовщину убийства Сулеймани

Асаиб Ахль аль-Хак бросает вызов Ирану и атакует США в Ираке

Командующий КСИР: Иностранное присутствие в регионе должно прекратиться

Трамп уходит с шумом. Готовятся ли США к удару по Ирану

Умер священнослужитель-консерватор Мохаммад-Таки Месбах-Йезди

СМИ назвали возможную цель убийства иранского физика-ядерщика

FacebookMessengerTwitterVKWhatsAppViberTelegram